Суббота, 27.05.2017, 09:06
Приветствую Вас Гость | RSS
Непознанное
Главная
Регистрация
Вход
Меню сайта

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа



Загадка смерти Наполеона Бонапарта

Остров Святой Елены представляет из себя небольшой кусок земли вулканического происхождения. Длина его составляет 19 километров, ширина 13 километров. Находится он в Атлантическом океане между Африкой и Южной Америкой. Расстояние до африканского материка равно 1950 километрам, до южноамериканских земель 2900 километров.


Есть здесь и равнины, и возвышенности. Из растительности в основном луга, кустарники. Чередуются они с участками суши, занятыми пихтами, эвкалиптами, кипарисами. Климат пассатный, тропический. Много птиц. Летят они сюда на зимовку из северных районов и прекрасно устраиваются в этом чудном тёплом уголке, затерявшемся в безбрежных водах Атлантики.

Принадлежит остров Святой Елены Великобритании с первой половины XVII века. С 1659 года и вплоть до запуска Суэцкого канала в эксплуатацию в 1869 году, на острове находился пункт снабжения водой и продовольствием морских судов, плывущих в Индию. Имело это в то время большое стратегическое значение, поэтому на берегу построили крепость, чтобы защитить землю от посягательств пиратов и военных кораблей враждебно настроенных государств.

Мир никогда бы не знал о существовании этого острова, за исключением небольшой кучки людей, непосредственно с ним связанной, если бы не череда исторических событий, всколыхнувших старушку Европу в начале XIX века. Именно тогда всех затмила титаническая фигура Наполеона Бонапарта: императора Франции, талантливого полководца, блестящего политика, человека, потрясшего основы цивилизации и замахнувшегося на мировое господство.

У Наполеона Бонапарта был стремительный взлёт и столь же стремительное падение. Лишённый власти и былого величия, но не сломленный духовно, он, в первых числах августа 1815 года, оказался в Рошфоре – морской базе, близ побережья Бискайского залива. Здесь, под усиленной охраной, его посадили на британский 70-ти пушечный линейный корабль второго ранга «Нортумберленд», который 7 августа и отчалил от французского берега.

Правительства европейских стран вздохнули свободно, но страх, даже перед развенчанным императором Франции, был так велик, что судно с Наполеоном охраняла целая военная эскадра из девяти кораблей.

Вся эта флотилия обогнула западный берег Европы и со всей возможной скоростью устремилась на юг. Она углубилась в воды Атлантики и 17 октября 1815 года бросила якоря возле острова Святой Елены вблизи крепостных стен городка Джеймстауна.

Здесь для опального императора уже приготовили место заточения. Находилось оно на горном плато в восьми километрах от океанского побережья. Представляло же из себя дом с прилегающей территорией, окружённой высокой каменной стеной. В официальных документах место значилось как Лонгвуд-хаус и располагалось в трёх километрах от маленького посёлка Лонгвуд.

Нога Наполеона Бонапарта ступила на каменистую землю, ставшую тихим прибежищем после бурной, наполненной боями и сражениями жизни. Сопровождали императора адъютанты: генерал Анри Гасьен Бертран и генерал Шарль Тристан Монтолон, а также Луи Жозеф Маршан – камердинер, граф де Лас Каз и ещё двенадцать человек обслуживающего персонала. Некоторые из этих людей приехали с семьями.

Потянулись однообразные, скучные дни, все как один, похожие друг на друга. На стенах, ограждающих территорию, стояли часовые. Вся же охрана императора состояла их трёх тысяч человек. Присутствовали здесь также комиссары держав – победительниц, контролирующие каждый шаг Наполеона Бонапарта.

Его переписка тщательно проверялась, любые, даже самые незначительные просьбы согласовывались с губернатором острова Гудсоном Лоу. Император был обязан два раза в день являться перед комиссарами, дабы они могли удостовериться, что он живой и здоровый находится на острове.

Всё это угнетало гордый нрав Наполеона, выбивало из колеи. Но, не смотря ни на что, он держался молодцом: старался выглядеть, бодрым, энергичным и полным оптимизма.

Поначалу император на здоровье не жаловался, чувствовал себя хорошо и строил планы на будущее. Первые же симптомы непонятного заболевания стали наблюдаться у него в середине 1818 года. Он стал понемногу полнеть, появилась слабость, тяжесть в желудке, одышка. Вскоре начались головные боли, которые по прошествию небольшого времени уже не отпускали и сопровождали Наполеона до самой смерти.

К концу 1819 года его состояние здоровья совсем ухудшилось. Император продолжал полнеть, цвет лица стал серым, взор потух, пропал интерес к жизни. Его часто мучил понос, боли в животе, беспричинная жажда, опухали ноги. После еды возникали приступы рвоты, а иногда он даже терял сознание.

В это время, при Наполеоне находился лечащий врач Франческо Антомарки. Прибыл он на остров 21 сентября 1818 года и наблюдал своего подопечного вплоть до его смерти 5 мая 1821 года.

Антомарки поставил однозначный диагноз – рак желудка. Он был вынужден сказать об этом больному. Император внешне спокойно отнёсся к такому печальному известию, заметив, только, что это для него не новость. Потом посмотрел на стоящего в недоумении медика и добавил, что его отец Карло Буонапарте умер от рака желудка сорока лет от роду.

К началу 1821 года здоровье Наполеона стало совсем плохим. Вначале он ещё пытался ходить, но потом слёг в постель и уже не вставал. Чувствуя надвигающуюся смерть, император 13 апреля начал писать завещание. Закончил через десять дней, отметив в нём всех тех, кто разделял с ним тяготы жизни на острове Святой Елены.

Состояние Наполеона Бонапарта составляло 9 510 000 франков. Из этой суммы он завещал генералу Монтолону 2,3 миллиона франков, генералу Бертрану 800 000 франков; своему камердинеру Маршану император даровал 600 000 франков, а графу де Лас Казу 500 000 франков. Обслуживающий персонал он также не забыл и отписал им сумму в 4,85 миллиона франков.

Дальнейший ход событий был печален. Самочувствие Наполеона резко ухудшилось, и он умер 5 мая 1821 года в 17 часов 50 минут. Похоронили опального императора совсем рядом с посёлком Лонгвуд в тихом равнинном месте под названием «Долина герани».

В 1840 году король Франции Луи-Филипп I распорядился перевести останки Наполеона Бонапарта в Париж. Здесь они и нашли своё упокоение в Доме Инвалидов (дом призрения военных ветеранов).

Сразу после кончины императора, как и положено, было сделано вскрытие. Проводил его Франческо Антомарки, будучи хорошим хирургом. При этом присутствовали три английских врача. Специалисты не пришли к однозначному мнению о причине смерти больного.

Франческо Антомарки настаивал на своём первоначальном диагнозе – рак желудка, указывая на раковые изъязвления в районе привратника (отверстие, соединяющее желудок с кишечником). Англичане же заявляли о частичных затвердениях в тканях, готовых переродиться в раковую опухоль. В результате на свет появилось медицинское заключение, в котором преобладали общие фразы, размытые формулировки, а конкретного было столь мало, что даже сведущий человек не мог понять окончательный вывод эскулапов.

Впрочем, в то время это мало кого интересовало. Смерть Наполеона породила не интерес к её причинам, а огромную радость и облегчение властителей Европы. Человек, вызывающий у них ничем не прикрытый страх, наконец-то канул в небытие, оставив о себе только память, которая с прошествием лет превратила его в фигуру легендарную, достойную поклонения и всяческого подражания.

Именно властный, подавляющий своим величием образ Наполеона всегда вызывал огромный интерес со стороны общественности. На этой волне, о великом человеке было написано множество книг и статей. Вложил свою лепту в увековечивание имени французского императора и его верный камердинер Луи Жозеф Нарцисс Маршан, написав книгу под названием «Наполеон. Годы изгнания».

Преданность его Бонапарту бесспорна. Уже лежа на смертном одре, тот присвоил своему камердинеру титул графа, тем самым подчеркнув, как ценит он верного человека. Маршан же изобразил Наполеона не полубогом, а обычным человеком со своими проблемами, болезнями и душевными слабостями. Он подробно изложил всю хронологию событий, случившихся на Эльбе, за шесть лет проживания там с опальным императором.

Кто-то пишет книги, кто-то их читает. Труд Маршана, в 50-е годы XX века, попался на глаза шведскому токсикологу Стену Форшуфвуду. Тот, скуки ради, начал читать столь незатейливую книгу, но затем увлёкся, правда не как любитель истории, а как профессиональный врач. К своему великому удивлению он нашёл на страницах этого повествования подробное описание плохого самочувствия французского императора.

Удивила же его не скрупулёзность автора и не его тёплые, полные сочувствия слова о великом диктаторе, а те симптомы серьёзного заболевания, на которые невольно указывал Маршан. По всему выходило, что Наполеон был отравлен мышьяком. Форшуфвуд насчитал 22 характерных признака, позволивших ему сделать столь смелое заключение.

Шведский токсиколог был человеком ответственным, въедливым и преданным своему делу. Понимая, что открыл «бомбу», он не стал торопиться с выводами, а тщательно изучил множество других материалов, касающихся Наполеона Бонапарта. В конце концов он написал книгу под названием «Был ли отравлен Наполеон?».

Данный труд представлял из себя серьёзное исследование, полностью отрицавшее наличие рака в организме Бонапарта. Основывался же такой вывод на отсутствии основного признака, указывающего на столь серьёзное заболевание. Общее истощение организма или кахексия – вот тот симптом, который обязан присутствовать у любого больного с онкологическим заболеванием. Исключений не бывает – это знает каждый начинающий медик.

Судя же по воспоминаниям Маршана, опальный император страдал большим избытком веса. Причём полнеть он начал где-то через полтора года, после того, как поселился на острове Святой Елены. Его вес неуклонно увеличивался, хотя в последние месяцы жизни он ел очень мало. Такая неестественная тучность свойственна людям, которых медленно и неуклонно кормят мышьяком.

Казалось бы всё ясно: Наполеон прибыл в место своей ссылки здоровым человеком, но по прошествию нескольких месяцев ему стали регулярно подсыпать в пищу яд. Император начал медленно чахнуть и в конце концов наступил фатальный конец, оборвавший жизнь одного из величайших людей XIX века.

Дело остаётся за малым: выявить виновника преступления. Окружение Наполеона известно, никого из посторонних он к себе не подпускал, а стало быть и искать надо среди французов. Именно кто-то из них и продал душу дьяволу (если конечно ему) за 30 сребреников.

Так может думать человек неискушённый, абсолютно не знакомый с фундаментальными законами медицины. Токсиколог Форшуфвуд представлял из себя искушённого человека, поднаторевшего во врачебной практике, блестящего специалиста и профессионала.

Он изучил жизнь императора не только на острове Святой Елены, но и пошёл дальше. От его внимания не укрылись более ранние годы, когда Наполеон Бонапарт был в зените славы и могущества. На основании собранных данных автор книги сделал тщательный анализ и составил «историю болезни» властного диктатора, начиная с 1805 года.

Так в преддверии битвы под Аустерлицем у Наполеона случился продолжительный приступ, сопровождавшийся рвотой и расстройством желудка. Прежде с ним такого никогда не случалось, а потому для всех было полной неожиданностью.

Нечто подобное произошло с императором незадолго до Бородинского сражения. Наполеон начал испытывать сильную головную боль, тошноту и страшную слабость. Огромным усилием воли он подавил недомогание и начал сражение, которое, увы, не выиграл.

После блестящей победы под Дрезденом в 1813 году у Бонапарта возникли все признаки серьёзного отравления. Режущая боль в желудке, озноб, понос. Император не ел ничего такого, что не ели бы другие, но окружающие его люди были абсолютно здоровы и чувствовали себя прекрасно.

В период «Ста дней» (правление с 20 марта по 22 июня 1815 года) бёдра диктатора покрылись язвами, его всё время мучили изжога и приступы тошноты. Возникли также боли в мочевом пузыре. Они были столь нестерпимыми, что император не мог сидеть в седле.

Все вышеперечисленные симптомы являются характерными признаками отравления организма мышьяком. Так категорично утверждает Форшуфвуд и тут же делает заключение, что яд французскому императору стали давать не позднее 1804-1805 годов. Время это знаменательное: в 1804 году Наполеона провозгласили императором, а в 1805 в Париже прошла его коронация.

То есть получается: императора тайно кормили мышьяком долгих 17 лет! Тут шведский токсиколог делает небольшую поправку. Он говорит, что, скорее всего, приём яда был нерегулярным. В какие-то периоды времени его давали часто, в иные же император не получал мышьяк совсем. Отсюда и перепады в самочувствии. То Наполеон чувствует бодрость, подъём сил и энергию, то становится больным, разбитым и вялым.

В доказательство данному утверждению, Форшуфвуд приводит пример, относящийся к 13 апреля 1821 года. В этот день император приступает к составлению своего завещания. Процесс изложения последней воли на бумаге занимает несколько дней, и происходит чудо. Разбитый, больной, сотрясающийся от постоянного озноба человек начинает чувствовать себя гораздо лучше. У него появляется аппетит, улучшается настроение, притупляются мучающие его постоянные боли.

Каков же вывод? Кто-то из окружения императора, заинтересованный в части наследства, прекращает подсыпать ему мышьяк в пищу или вино. Отсюда и улучшение состояния здоровья, ясная голова и твёрдая память.

Но вот завещание написано – император больше не нужен. Уже 25 апреля ему опять становится очень плохо. Появляется озноб, Наполеона бросает то в жар то в холод. Опухают ноги и не дают ему возможности вставать с постели. Человек угасает на глазах и 5 мая умирает.

Форшуфвуд, чтобы ещё больше поразить читателя, неожиданно делает крутой поворот в своих логических рассуждениях и неожиданно заявляет, что отравить Бонапарта мышьяком конечно было возможно, но на это потребовалось бы гораздо больше времени. Умер же император в указанный срок только потому, что ему помимо яда ещё дали и ртуть. Она послужила катализатором и стремительно ускорила процесс, неуклонно ведущий к смерти.

Как же злоумышленнику удалось совершить столь коварное злодеяние? Здесь шведский токсиколог, основываясь опять же на воспоминаниях Маршана, воспроизводит в хронологической последовательности последние дни диктатора и обращает внимание читателя на то, что возле постели умирающего появляются английские врачи.

Нет-нет, ни в чём он их не обвиняет, а даже наоборот, пытается представить как людей, делающих всё возможное для облегчения мук императора. Английские эскулапы прописывают Наполеону хлористую ртуть. Десять крупиц этого снадобья они передают Маршану, а тот разводит их в подслащённой воде и даёт выпить больному.

Хлористая ртуть является лекарством, но попав в желудок, при определённых условиях может превратиться в ядовитую ртутную соль. Что же это за условия, и возможно ли их было создать на острове Святой Елены?

Опять же благодаря Маршану известно, что императору постоянно готовили напиток, состоящий из миндального молока, сахара и какого-либо сока. В данном случае интерес представляет именно миндальное молоко, получаемое, как ясно из названия, из миндаля.

Миндаль бывает сладким и горьким. Представляет из себя косточковый плод, похожий на персиковую косточку. Растёт на ветках кустарника или небольшого дерева. Пищевым продуктом является сладкий миндаль. Именно из него и делают молоко, измельчая косточковые плоды в воде. Молоко это очень полезно, так как содержит в себе изобилие кальция. Оно может прекрасно заменять коровье и даже козье молоко, если, конечно, миндаля много.

Горький миндаль в больших количествах употреблять нельзя, так как при его расщеплении выделяется синильная кислота, убийственно действующая на человеческий организм. Его, как правило, используют в качестве ароматизатора для улучшения вкусовых качеств потребляемой пищи.

Именно из миндального молока с подслащённой водой и соком готовится вкусный напиток, называемый оршад. Его и давали Наполеону Бонапарту. Такое питьё должно было благотворно действовать на организм больного. Но вдруг, с начала 1821 года, опального императора начали потчевать оршадом, в состав которого входило миндальное молоко на основе горького миндаля.

Инициатором этого якобы являлся губернатор острова Святой Елены британский генерал Гудсон Лоу. Неопровержимых доказательств данному заявлению нет, но факты таковы, что в измождённый мышьяком организм Бонапарта стала поступать синильная кислота. В сочетании же с хлористой ртутью она даёт гремучую смесь, именуемую ртутной солью.

Так что английские врачи, желая помочь Наполеону, оказали ему медвежью услугу. Они невольно ускорили смерть императора, даже не догадываясь об этом.

Таким образом, Форшуфвуд выстроил довольно стройную и логически обоснованную картину медленного убийства императора. Дело оставалось за малым – определить исполнителя. Для этого необходимо обладать определёнными аналитическими способностями, которые у шведского токсиколога несомненно были.

Впрочем, вначале нужно упомянуть о той сенсационной волне, которая возникла после того, как английские издания опубликовали данный труд. Это была даже не волна, а цунами, обрушившаяся огромным пенящимся валом на умы всех тех, кому была небезразлична судьба великого диктатора.

Активная полемика в прессе вынудила специалистов от медицины обратить внимание на этот вопрос. Они прекрасно понимали, что раз такая проблема возникла, то последнее слова, однозначно, будет за ними.

Доказать отравление мышьяком безусловно возможно, но, только, при условии химических анализов тканей покойного. Данный химический элемент, в любом случае, должен присутствовать в клетках тела. Всё дело в его концентрации – именно она подтверждает или отвергает версию чьего либо отравления.

Так что же – производить эксгумацию трупа, а значит вскрывать склеп, нарушив покой хранящихся там останков великого человека. На основании книжонки сомнительного содержания французские власти подобного разрешения дать не могли.

Выход из тупика нашёлся сам собой. Помог этому, как ни странно, сам покойный. Всё дело в том, что Наполеон любил дарить приближённым, в знак особого расположения, локоны своих волос. Последние являются живой тканью организма и обладают химическим составом, присущим и другим частям тела. Таким образом, потребность в эксгумации отпадала: нужно было только найти эти волосы, сделать их химический анализ и установить такую желанную истину.

Локоны нашлись. Они хранились во многих семьях как реликвия, как память о предках, как добрые воспоминания о славных и давно минувших днях.

Химический анализ волос Наполеона Бонапарта показал, что допустимая норма мышьяка превышена в них ни много ни мало, а в 20 раз. Не оставалось никаких сомнений в тайном заговоре. Кто-то с патологической настойчивостью давал яд императору Франции на протяжении многих лет. Но вот кто и по чьему поручению?

Искать этого человека нужно непосредственно в окружении Бонапарта на острове Святой Елены. Здесь можно остановиться на трёх кандидатурах: Анри Гасьен Бертран – адъютант, Шарль Тристан Монтолон – адъютант и Луи Жозеф Нарцисс Маршан – камердинер. Эти люди знали императора ещё с тех лет, когда вся Европа трепетала перед ним.

Анри Гасьен Бертран (1773-1844) – граф, дивизионный генерал. Лихой рубака. Стал бригадным генералом в 27 лет, тем самым ненамного отстав от Наполеона, который получил генеральский чин в 24 года. Состоял в адъютантах императора Франции с 1805 года, но это не значит, что он был при нём в качестве секретаря.

Бертран принимал участие в сражении при Иене и Ауэрштедте, одним из первых поднялся на неприступные стены Шпандау, проявлял большое мужество в сражениях при Прейсиш-Эйлау и под Фридландом. В 1807 году был произведён в дивизионные генералы, а в следующем году получил графский титул. В дальнейшем также принимал активное участие в боях, не жалея себя, готовый в любую минуту отдать жизнь за Францию и императора.

Долгие годы он неотлучно находился при Наполеоне и последовал за ним со всем своим семейством на остров Святой Елены. После кончины императора вновь вернулся во Францию, где заочно был приговорён к смертной казни. Король простил его, восстановил в чине, вернул назад все награды и достоинства. При новой власти Бертран четыре года занимал пост губернатора Мартиники. Умер в Шатору во Франции. Имя этого человека выбито на Триумфальной арке в Париже на площади Шарля-де-Голя.

Даже не зная основных черт характера этого человека, можно с уверенностью сказать, что вот такие, пропахшие порохом сражения вояки не способны исподтишка, на протяжении многих лет, подсыпать кому бы то ни было яд.

Его современники полностью подтверждают такое умозаключение. Они характеризуют адъютанта Наполеона как честного, порядочного и преданного императору человека. Вывод напрашивается сам собой: Анри Бертран не был тем хитрым и изворотливым злоумышленником, который медленно и расчётливо убивал великого диктатора.

Ну что же – нет так нет. Есть ещё один адъютант – Шарль Тристан Монтолон (1783-1853). Аристократ по рождению, он имел огромные связи в высшем обществе. К тому же, будучи человеком очень гибким, умеющим приспосабливаться к обстоятельствам и обладающий даром производить благожелательное впечатление на людей, сумел получить генеральский чин, не участвуя ни в одном сражении.

Всё время он занимал какие-то дипломатические и военные должности, ни к чему его не обязывающие, но дающие хорошее жалование и всеобщее уважение. Находился в окружении Наполеона с первых лет его правления. В походах, правда, участия не принимал либо, под благовидным предлогом, покидал ставку императора до начала боевых действий.

В своё время наделал много долгов, участвовал в каких-то тёмных махинациях. Пользуясь близостью к Бонапарту, долгое время был недосягаем для кредиторов, но жизнь штука нестабильная. Она, как колесо, - сегодня наверху, завтра внизу.

Шарль Монтолон уехал с опальным императором на остров Святой Елены. Здесь он видимо решил укрыться от многочисленных кредиторов и, в случае скорой смерти Наполеона, получить солидный куш его состояния. Для этого нужно было очень постараться и изобразить полную преданность диктатору. В этом Монтолон зашёл так далеко, что даже закрывал глаза на то, что Бонапарт почти в открытую спал с его женой.

Мог такой человек подсыпать яд императору Франции на протяжении ряда лет? Да, вполне мог. Психологический портрет этой личности вполне определёнен и недвусмысленно указывает на предрасположенность к мерзким, подлым и низким поступкам.

Остаётся ещё один человек. Это Луи Жозеф Нарцисс Маршан (1791-1876) - камердинер. В бытность Наполеона у власти, он был совсем молодым человеком. При грозном диктаторе состоял с 1812 года. Это было время заката блестящей карьеры Бонапарта. Не смотря ни на что, юноша беззаветно и предано служил императору Франции.

Поехал с ним на остров Святой Елены. Здесь все отмечали его ум, чуткость, вежливость и скромность. Очень скоро он завоевал полное доверие Наполеона. Тот называл его никак иначе, как «сын мой». Лучшим же доказательством того, что Маршан не подсыпал яд императору, служит его книга воспоминаний, в которой он подробно описывает все симптомы страшного недуга, сразившего грозного властителя.

Вряд ли убийца стала бы наговаривать сам на себя. Для этого нужно быть очень глупым. Маршан же отличался большой сообразительностью и умом, чем и понравился императору, ценившему в людях именно это качество.

Что касается остального окружения, то вероятность этих людей быть отравителями ничтожна мала. Кто-то из них уехал с острова задолго до смерти императора, кто-то умер за несколько лет до его кончины, оставшиеся же были людьми честными, порядочными, неспособными на ужасное преступление.

Итак, остаётся Шарль Монтолон – он убийца. Это вполне можно было бы допустить, при условии, что смерть Наполеона от отравления является доказанным и неопровержимым фактом. Однако не всё так просто. Многие врачи имеют совсем иное мнение по поводу кончины французского императора. Их диагноз однозначен: смерть возникла из-за обильного внутреннего кровотечения, вызванного раком желудка.

Главный довод Стена Форшуфвуда – тучность Бонапарта. Он указывает на это, как на неопровержимое доказательство наличия в организме большого количества мышьяка. Из-за этого он также напрочь отрицает и рак, так как тот несовместим с повышением веса.

Однако же швейцарские врачи из клиники в Базеле утверждают, что большой вес ничего не доказывает. Дело не в лишних килограммах, дело в том - теряются ли они или приобретаются.

На основании официальных исторических источников был произведён анализ веса Наполеона в период с 1804 по 1820 годы. Выяснилось, что за этот период он поправился с 68 до 90 килограмм. С начале же 1821 года император за четыре месяца похудел на 10 килограмм. К началу мая его вес составлял 80 килограмм. На лицо онкологическое заболевание, высасывающее из организма все соки.

Не выдерживает никакой критики и медицинский анализ, касающийся концентрации яда в волосах. Совсем не исключено, что хранители столь ценных реликвий могли посыпать их мышьяком, чтобы уберечь от порчи и сохранить на многие годы.

Не нужно забывать и исторические особенности XIX столетия. В то время мышьяк имел, по истине, всенародное применение. О его токсичности пока ещё не догадывались. Это к концу столетия, после многочисленных отравлений, к использованию данного элемента в промышленности стали относиться с осторожностью.

В описываемый же период соединения мышьяка широко применяли в качестве антисептика. Им даже обрабатывали внутренние поверхности винных бочек. Наполеон был большим любителем хорошего вина. Как истинный корсиканец, он пил его каждый день. Пили вино и его приближённые. Как знать, если сделать химический анализ волос, скажем, того же Шарля Монтолона, то он вполне может показать концентрацию мышьяка, аналогичную той, которую обнаружили у императора Франции.

Мышьяк в большом количестве содержался в извёстке, мышьяк щедро добавляли в краску для обоев. В доме, где жил Наполеон на острове Святой Елены, были чудные красно-золотые обои. Данный же химический элемент склонен к образованию летучих соединений. Вывод в данном случае напрашивается сам собой.

А применение мышьяка в медицине. В малых дозах он, как и любой другой яд, бесценное лекарство и оказывает на организм человека стимулирующее воздействие. Вполне возможно, что император Франции употреблял подобные лекарства, причём регулярно.

Так что вопрос о том, как умер Наполеон Бонапарт, остаётся пока открытым. Несомненно только одно – этот великий человек был тяжело болен. Что-то точило его изнутри, разрушало организм и в конце концов одержало победу. Ну что же, удача отвернулась от Наполеона в 1812 году. После этого в его жизни наступила сплошная чёрная полоса. Закончилась она со смертью императора в 1821 году.

Сломленный многочисленными поражениями, он уже не нашёл в себе силы выиграть главную битву, - битву за своё здоровье. Император умер, унеся в могилу тайну своей смерти. Но так ли уж важно людям знать – отравили его или нет. Гораздо важнее иметь перед собой живой пример огромного человеческого таланта, бездарно растраченного на сомнительные амбиции и мифические перспективы неограниченного могущества. Может быть кто-нибудь из ныне живущих сделает из этого для себя правильные выводы.

Cтатью написал ridar-shakin

Источники: Бен Вейдер, Дэвид Хэлгуд «Кто убил Наполеона?»
Маршал Луи-Жозеф «Наполеон. Годы изгнания»
Календарь
«  Май 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031

Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz


  • Погода в Украине
    Copyright MyCorp © 2017 Счетчик цитирования Яндекс.Метрика Сделать бесплатный сайт с uCoz